Історію подано мовою оригіналу

Галина не смотрит новости, потому что там показывают обстрелы Бахмута, где еще остаются ее знакомые. Ее жилья уже нет, так что ее семье возвращаться некуда

24 февраля я собиралась на работу, но начальник позвонил и сказал, что выходить не нужно - началась война. Пока еще в городе было спокойно, мы дома сидели. Сначала на окраину стало прилетать, а потом уже - рядом с нами. Ребенок начал бояться, плакать – мы и решили, что нужно эвакуироваться. Дорога была жуткая, эвакуационные поезда небольшие, а людей очень много… Не хочется даже вспоминать. 

Мы выехали в апреле. Сначала приехали в Хмельницкий - там побыли в школе три дня, пока не нашли квартиру. Люди, конечно, молодцы - помогали нам. Поначалу девочка сдала квартиру только за коммуналку. Но потом пришлось оттуда уехать в Днепр.

Вообще, нам фонды гуманитарные помогали везде, где бы мы ни были. В нашем городе лично мы не столкнулись с гуманитарной катастрофой, а вот знакомые – да.

Шок был из-за того, что мы воюем с Россией, хотя, казалось бы, братские народы. Было тяжело все. Держало только то, что я понимала: у меня дети, надо им оказывать поддержку, мне нельзя раскисать. А так – было тяжело. И до сих пор тяжело, потому что я понимаю: возвращаться некуда. Что будет дальше - не знаем. Морально очень тяжело это все переживать. 

Приятно удивили люди. Везде, куда мы обращались, нам и гуманитаркой помогали, и соседи, и все люди нас поддерживали. Каждый пытается чем-то помочь, поддержать как-то – и это очень приятно, что есть такие люди. Мне, слава Богу, плохие люди не встретились. Наверное, нам просто повезло. 

Война – это морально тяжело. И неизвестно, что будет в будущем – вот это самое страшное. Мы не знаем, что будет дальше. У нас ничего не осталось, выживаем, как можем. Бывало на душе так тяжело: плакала – и все. Апатия была, ничего не хотелось. Сейчас уже привыкла себя держать в рамках, справляться с проблемами, которые появляются, взяла себя в руки за это время. 

Я стараюсь поменьше смотреть новости, потому что в них показывают, что обстреливают города, которые рядом с нашим, а там знакомые остались. 

Хочется, чтобы это как можно раньше закончилось. Столько уже людей погибло! И никто не хочет никаких примирений. Я думаю, в этом году война не закончится, потому что, наоборот, идет ее развитие. Но я же не политик, чтобы об этом судить.

Пока мне трудно сказать, каким будет будущее. Сейчас хочется где-то остановиться в первую очередь, потому что мы остались без жилья.