Истории, которые вы нам доверили

1 2
меню
{( row.text )}
{( row.tag )}
header-logo

Истории, которые вы нам доверили

1 2
Ко всем историям
просмотров: 217
Анна Васильевна Карапетян
возраст: 68
photo0
photo1
photo2
photo3
photo4
photo5
«Тех, кого война не коснулась, говорят: «Не может быть такого»

Живет с мужем в доме под постоянными обстрелами. Снаряды взрывались на соседних улицах и их дворе, прямо на ее глазах.

За восемь минут 22 снаряда вылетело и разрушило всю эту улицу. Это вечером было. Мы неодетые уже спали.

Наша семья – это я, муж, дети, правнуки. Но рядом нет никого. Мы вдвоем с мужем. Родным пришлось уехать, потому что начались большие обстрелы. Собрались буквально за сутки. Дети больные стали с этой войной. Оба ребёнка заболели сахарным диабетом. 

Впервые мы столкнулись с войной, когда танки у нас со стороны Волновахи, Мариуполя, шли на Донецк. Говорили: мы разведка. И люди ни о чем не подозревали. Потом танки вернулись и зашли в село. Сказали, что будут нас охранять.

Потом началась стрельба. Мы слышали и видели, как летели эти снаряды. Тогда поняли, что это всё серьёзно.

Тех, кого война не коснулась, говорят: «Не может быть такого

Первые разрушения были у нас по Центральной, это бывшая улица Ленина. За восемь минут 22 снаряда вылетело и разрушило всю эту улицу.

Это вечером было. Мы неодетые уже спали. Пока оделась я, чтобы в подвал побежать, уже всё прекратилось.

Тех, кого война не коснулась, говорят: «Не может быть такого

2015 год мы практически в подвале прожили. Не успевали прибежать, немножко перекусить, что-то приготовить. А потом жили без света долго. Первый месяц 34 дня жили без света. Варили кушать на кострах.

Тех, кого война не коснулась, говорят: «Не может быть такого

А когда обстрел начинается, бежали по соседям. «У вас там всё нормально? Все живы-здоровы? Ну, слава Богу».

Пережили, конечно, мы очень много. Как-то раньше и не сильно боялись, а сейчас уже страх появился. Начинается стрельба какая-то – уже страх есть. Раньше не так боялись, может, не верили, что это настолько серьёзно.

Тех, кого война не коснулась, говорят: «Не может быть такого

Вот как-то пришла ко мне подруга. Мы сидели в коридорчике, и начался обстрел. Я ей говорю: «Рая, куда ты идёшь?» «Я пойду, мне ещё в сельсовет надо сходить». Я говорю: «Не ходи, ты видишь, что делается?» И тут взрыв на соседней улице. Я в окно смотрю – это 100 метров от нас, дым. Говорю: «Рая, это почти на твоей улице. Сейчас вдруг начнут в село кидать?» Она: «Нет, мне надо, я пойду».

Так что сначала у нас страха как-бы и не было. А сейчас уже страх есть, потому что мы знаем, чем это может закончиться. 

Мы сидели в подвале, печка у нас там горела. Мы спали одетыми. Даже когда немножко затишье было, и мы в дом приходили, то мы не раздевались. Спали в той одежде, в которой ходили. Встали, помылись быстро, жили с опасением постоянным.

Люди и не общались почти, по селу никого не было видно. Пробежали быстро в магазин, что-то купили и быстро назад. Общения не было. Вот только соседи смотрели друг за другом: всё ли нормально? 

Тех, кого война не коснулась, говорят: «Не может быть такого

Под нашими окнами, в двух метрах, разорвалась 80-ка. Хорошо, что я ушла из той комнаты почему-то в коридор. Бог, наверное, отвёл. Пошла в коридор чай делать. Слава Богу, свет тогда был у нас. Муж заходит и говорит: «Я пойду побреюсь». Я говорю: «Слышишь, обстрелы начинаются, ты ещё купаться начни!»

И в это момент взрывается где-то рядом. Я говорю: «Ой, так близко, давай, наверное, в подвал побежим». А он говорит: «Да нет». И тут слышу – вообще близко. Он говорит: «Ну всё, наверное, в спальню залетело».

Муж выбегает на улицу глянуть, где и что, а я – в спальню. Смотрю, всё целое, только стекла на полу. Окна сразу все повылетали. Вот так коснулось и нас. Но, слава Богу, помогли нам, окна вставили. Соседи сразу прибежали, стекла принесли. Так пережили.

Многие здесь пострадали. Шла мама встречать дочь. И надо было этому снаряду прилететь! И всё. Другая женщина шла воды набрать. Тоже ни с того, ни с сего в клочья разорвало. Как можно так?

Как-то соседи пришли, у них сын рядом с нами живёт. Они проведали его, возвращались и к нам зашли.  И тут обстрел начался. Мы пошли в подвал, пересидели. Стены подвальные тряслись, слышно всё было. Ну, вроде тишина.

Мы вышли из подвала и стоим, как обычно, разговариваем. Слышим вдруг выстрел – и летит оно. Куда летит и что летит, не знаем. И на наших глазах взрывается на следующей улице, прямо в крышу дома попало.

Кто не видел это, не поймёт. Соседние села, которых не коснулось, говорят: «Не может быть такого».

У нас в селе стоят пулемёты-автоматы. Это как «Отче наш…» – утром и вечером они могут пострелять. Просто дают знать: мы здесь, чтоб не лезли сюда. 

Мы во время войны, когда у нас был свет, всё равно садили огород. Переживали: если света не будет, чем поливать. Выращивали, без этого нельзя. Купить не за что. На улице печку топили. У нас на улице была печка-буржуйка. И в подвале печку, спасибо мужу, сделал. Я в тепле сидела. Мне без тепла вообще нельзя, потому что мои суставы не выдерживают холод.

У кого есть состояние – они собрались и уехали. А те, кто здесь остался, очень переживали. Мы собрали детям, что было, отдали – и они уехали. Потому что там внуки маленькие. А нам всё равно. Даже сейчас ехать куда-то не хотим, привыкли здесь. На новом месте начинать с этих лет – нет. 

Пенсию нам четыре месяца не давали, вообще бедствовали тогда. Хорошо, что в магазине нам давали в долг. Может, меня завтра не станет, но они все равно давали. Молодцы, спасибо им.

И Ринату Леонидовичу спасибо большое, что он помогал. Не забывает людей.

Еще «Врачи без границ» приезжали, нас смотрели. Давление, сахар, сердце проверяли. Давали бесплатное лекарство. Как-то так выживали. Сейчас Красный Крест начал помогать немножко. Уже и пенсии стабильно платят.

Хочется, чтоб всё кончилось быстрее. Может быть, вернутся дети. Но нет работы сейчас, ничего нет, жить здесь невозможно, особенно молодёжи. Мечтаю, чтобы люди могли ездить, куда хотели. Сейчас даже в магазин без паспорта нельзя пойти. Дожились. Хочется, чтоб стало, как раньше, хоть и раньше не сладко было.

Тех, кого война не коснулась, говорят: «Не может быть такого
slide1
slide2
slide3
slide4
slide5
slide6
Помогите нам. Поделитесь этой историей
img
Присоединяйтесь к проекту
Каждая история имеет значение. Поделитесь своей
Рассказать историю
Ко всем историям