Истории, которые вы нам доверили

1 2
меню
{( row.text )}
{( row.tag )}
header-logo

Истории, которые вы нам доверили

1 2
Ко всем историям
просмотров: 8
Наталья Ходарева
возраст: 43
photo0
photo1
photo2
photo3
photo4
photo5
Северное
Северное
«Мы готовы голодные-холодные, но в мире жить»

Многодетная семья Ходаревых. На воспитании у Натальи и Александра три дочери-школьницы. Глава семейства всю жизнь отдал шахтерскому труду, тяжелая работа подорвала здоровье. На протяжении многих лет преследуют болезни и Наталью. Однако больше всего заботит супругов состояние детей. Когда были частые обстрелы, всей семьей прятались в подвале. Такой стресс сильно ударил по дочкам

Мы уезжали, когда очень сильно стреляли, в Каменец-Подольский к брату. Они сами многодетные, поэтому немножко приутихло – возвращаешься.

Тем более муж здесь, муж работал, потому что надо было до пенсии как-то дотягивать. Он изо всех сил старался, рисковал. Снаряды тут взрывались, а он под снарядами шел в ночь на работу.

Многого тут не хватало, нужно было строить. Тяжеловато было. Трое деток. Муж работал, всё на нем. Брали кредиты. Как-то строились, что-то приобретали благодаря кредитам. Потом начались такие времена, что кредиты пришлось поневоле прекращать платить, потому что зарплаты не было. На данный момент все в кредитах сидим. Тяжело очень.

Очень переживаешь, когда ты должен. И спать нормально не можешь, и за детей переживаешь, потому что на их плечи могут эти кредиты в конечном итоге упасть. Хотелось бы жить без долгов. Если бы не война, мы бы забыли о них, мы бы их выплатили. Никто не ожидал, что такое будет.

Мы готовы голодные-холодные, но в мире жить

Было очень страшно. Сначала вот эти бах-бах, было страшно, потом начали привыкать. Как-то я возвращаюсь домой, уже темно – в конце улицы снаряды летают, красные. И я просто была в шоке, думала, Боже мой. Мы под снарядами живём.

Было такое, что совхоз бомбили. Снаряды разрываются буквально рядом. Муж уходит в ночь на работу. Дети кричат. А я бегаю по дому, молюсь…

Это очень страшно. Когда слышу какие-то песни такие за мир, я всегда плачу. Для меня это очень тяжело.

И дети очень тяжело это пережили. Я три года назад заметила у детей седые волосы в голове, морально было очень тяжело детям. И мне, и детям.

Война всем навредила, даже если кому-то, слава Богу, не физически, то морально, душевно мы все пострадавшие.

Страшно, когда ночью лежишь – и начинают снаряды падать. А я сердечница, мне начинают по сердцу бить, очень тяжело. И думаешь: не дай Бог, сейчас сердце схватит, даже скорая не приедет. Переживаешь, думаешь, Господи, не дай Бог сердце. А дети одни останутся.

Мы готовы голодные-холодные, но в мире жить

Вот у меня Настя, младшая. Начинают снаряды падать, если даже днём, она меня не слышит. Я кричу: «Настя, стой! Стой!» Она в панике бежит, кричит. Прятались под кровать.

Дитё в лагере было, говорит: «Мама, самолёт пролетал. Дети, которые с Донбасса, попадали, голову руками схватили, прикрылись. С нас смеялись».

У нас со школы Даша погибла, девочка. Это было очень тяжело. Она к нам ходила, мы ее хорошо знали, учились дети в одной школе. Мы шли в школу, она со школы, конец учебного года. Я говорю: «Ну что, Дашенька, табель получила?» Она говорит: «Нет, мы же выпускники, мы табели не будем получать, мы аттестаты будем получать».

И тут учитель звонит и говорит: «Даша погибла». Я не верила до последнего. Очень тяжело. Ты понимаешь, что сегодня она, а завтра, может быть, не дай Бог, в твой дом полетит снаряд.

Она была у бабушки, вышла в туалет, и в туалете ее снаряд накрыл. Девочка школу закончила, только мечты начали сбываться. Она была очень красивая, добрая. Для меня это был очень большой шок.

Очень много таких случаев. Кто это пережил, чьих родных, близких поубивали или просто на их глазах кого-то убило… Вот у моего мужа тетка в Донецке. Она говорила, что когда их бомбило, она выскочила на улицу, и как раз рядом соседи в машину садились. И на ее глазах они погибли все. Это очень страшно.

Мы уезжали, когда очень сильно стреляли, в Каменец-Подольский к брату. Они сами многодетные, поэтому немножко приутихло – возвращаешься.

Тем более муж здесь, муж работал, потому что надо было до пенсии как-то дотягивать. Он изо всех сил старался, рисковал. Снаряды тут взрывались, а он под снарядами шел в ночь на работу. Очень тяжелое время было.

Слава Богу, он успел на пенсию выйти до того, как шахту закрыли. Он наш кормилец. Благодаря ему мы держимся. Работы нет, идти тем же дворником – городок маленький, мест рабочих вообще нет.

Мы готовы голодные-холодные, но в мире жить

Одежда очень дорогая, сейчас одеть троих детей очень дорого. Поэтому на себе экономишь буквально на всем. Стараешься все детям. У меня только 36 гривен в день уходит на питание – это деткам дать в школу. Пять человек – это две буханки хлеба на день. Для нас мука, масло, сахар, макароны очень много значат.

Средняя дочка любит печь. На крутые пироги у нас не хватает, но есть яйца, постное масло и мука, и вот она на ужин: «Мам, можно пирог спекти?» Слава Богу, я рада. Потому что не всегда есть, что приготовить.

Мы готовы голодные-холодные, но в мире жить

Мука очень выручает, масло. Помощь хорошая. Спасибо большое за такую помощь, мы очень рады. Только вот то и слышим: Ахметов, Ахметов, Ахметов привез. Мы понимаем все, кто здесь живут, что это действительно человек с большой буквы.

Каждый день ждёшь чего-то, не знаешь, что будет завтра. Это самое главное наше переживание. Если бы, дай Бог, закончилась война, мы бы стали спокойными. Ждём окончания всего этого. Мы готовы голодные-холодные, но в мире жить.

slide1
slide2
slide3
slide4
slide5
slide6
Помогите нам. Поделитесь этой историей
img
Присоединяйтесь к проекту
Каждая история имеет значение. Поделитесь своей
Рассказать историю
Ко всем историям