Історію подано мовою оригіналу

Людмила выживала с мужем в Мариуполе во время блокады. Российские войска постоянно обстреливали дома, убивали людей.

До войны я жила в Мариуполе вместе с мужем. Именно там нас и застало 24 февраля. В ту ночь я почти не спала. Проснулась, включила телевизор. Вдруг прервали сериал на новости, начали говорить о наступлении. В этот момент мне позвонила знакомая и сказала, что началась война. В это было трудно поверить. Казалось, что это что-то временное и несерьезное.

В первый день мы начали звонить всем знакомым. Потом пошли по городу искать продукты, воду и лекарства. Муж купил питьевую воду и наполнил все емкости дома.

Мы искали переноску для кошки, потому что понимали, что без нее никуда не поедем.

Многие магазины уже были закрыты. Мы пошли на рынок и там купили переноску. Затем простояли четыре часа в очереди к банкомату, чтобы снять деньги. Купили яйца по 33 гривны и даже обрадовались этому. Так прошел наш первый день войны.

Несколько следующих дней воду еще можно было найти. Мы искали ее по городу, собирали дождевую и использовали как техническую. Продуктов нам в целом хватало. Лекарства брали там, где могли. В нашем доме была аптека, и когда ее взломали, я взяла там лекарства, потому что понимала, что больше взять их будет негде.

Муж работал в городской школе искусств. Там собиралось много людей. Мы каждый день приносили туда продукты и лекарства. Света уже не было. Мы забрали из холодильника все, что могли, и отдали людям. 

У нас было маленькое радио на аккумуляторах. Оно стало единственным источником новостей. 9 марта мы снова пришли в школу искусств.  Женщины сказали, что будет горячий суп. Когда нам его налили, начался авианалёт. Мы побежали в подвал. В тот день сбросили три авиабомбы. 

Когда мы вышли, стало понятно, что эти несколько минут спасли нам жизнь. Именно в это время мы должны были идти домой. Тогда же был уничтожен роддом.

Больше всего меня шокировало все увиденное в Мариуполе: тела на улицах, собаки, которые ели погибших. Оружие, направленное на людей. Это невозможно забыть.

22 марта в наш дом пришли российские военные. Дом был закрыт, мы уже жили все вместе. Муж вышел подогреть воду, и в этот момент нас выгнали, приказали оставить квартиры открытыми. Я успела взять два рюкзака и маленький чемодан. Документы мужа остались дома. Кошку я забрала с собой. Нам предложили либо эвакуацию в Россию, либо подвал. Мы выбрали подвал.

Мы переехали в подвал дома на проспекте Мира, 103, и жили там некоторое время. Первого апреля перебрались к знакомым в 17-й микрорайон. 

Перевозчика найти мы с мужем не могли. Были только российские автобусы, которые везли людей на фильтрацию. Мы поехали на этом автобусе, чтобы просто выбраться из города. 

Возле фильтрационного центра мы поняли, что туда не пойдем. Мы с мужем нашли человека, который согласился отвезти нас в Мангуш. Там, на площади, нас подобрала другая машина. Мы сказали, что нам нужно в Бердянск. Нас отвезли туда и поселили в школе.

С 3 апреля мы находились в этой школе. Нас приняли, накормили, дали спальные места в спортзале. 4 апреля открылся эвакуационный коридор, но мужчин не выпускали. Мы вернулись обратно. 7 апреля нам удалось уехать в Запорожье.

Из Запорожья нас вывез друг из Днепра. Два месяца мы жили у друзей. В июне 2022 года знакомые в Трускавце предложили жилье, где мы платим только за коммунальные услуги.

Я не знаю, когда закончится война. Моя мечта очень проста: проснуться в своей постели и понять, что все это был сон. Если честно, не знаю, о чем мечтать дальше. У меня нет дома. Возвращаться некуда, но и жить на новом месте тоже трудно.