Истории, которые вы нам доверили

1 2
меню
{( row.text )}
{( row.tag )}
header-logo

Истории, которые вы нам доверили

1 2
Ко всем историям
Николай и Наталья Плахотнюк

«У меня шок, стресс и нервы – и потому пропало грудное молоко»

просмотров: 643

Николай:

– Поехали УЗИ делать. Первый раз сказали – мальчик. Ну, думаю, три дочки есть, пусть будет мальчик. Поехали второе сделать УЗИ – мальчик. Поехали в Селидово в роддом договориться, чтоб ее, если что, взяли. Едем назад, она говорит: «Ой, у меня схватки». Скорая забрала. Буквально час прошёл, она мне звонит – девочка.

У меня шок, стресс и нервы – и потому пропало грудное молоко

Наталья:

– В основном за детвору переживаешь. За маленьких. Чтобы не было испуга, не дай Бог. Потом же ночью спать не будут.

У меня шок, стресс и нервы – и потому пропало грудное молоко

Николай:

Стреляют – это ужас. Вчера начали стрелять с четырех вечера и до полпятого утра. Ребёнок, как назло, не спит, плачет. Услышал, как бабахнуло что-то! Вообще в слёзы, плачет, разрывается. Я до полпятого ходил, на руках её качал, пока ото она заснула. Мы на переменку - то жена, то я. Два часа я, два часа она с ней. Она заснёт минут пять. Опять где-то бубухнуло – всё, она встает.

У меня шок, стресс и нервы – и потому пропало грудное молоко

А куда ехать? Куда поедешь? Оно везде хорошо, где нас нет. Мы уезжали к другу, когда тут обстрелы были. Три дня там пробыли. Потом надо же и домой ехать. Дома поросята, хозяйство. Надо смотреть, кормить. Это хорошо, что брат её придёт, покормит их. Попрошу – он прибежал, покормил. Когда мы вернулись, тихо было. Где-то через неделю опять началась.

Дядя был на работе. Он в школе работал слесарем. Начался обстрел, но нас дома не было в тот день. Он смотрит: пожарные подъехали. Он сюда прибегает. А тут оно пыхнуло. Потушили. Первые обстрелы как начались – и вот это произошло. А потом нас дома не было, снаряд сюда попал.

У меня шок, стресс и нервы – и потому пропало грудное молоко

Попал в крышу, и как дожди пошли, оно все обсыпалось полностью. Дырка. Это чудо, что нас не было дома. Мы были у матери. У меня мать болела, надо прийти, покормить поросят, ей помочь. Она ходила уже плохо. Поехали к ней на машине. Говорю, «давай тут останемся». Как чувствовал, «давай тут переночуем», говорю. Остались там ночевать. А утром приезжаем, смотрю – дыра.

Дядя выходит, говорит: «Тут что-то грохнуло ночью, – говорит, – я и не пойму что. Я, – говорит, – не стал выходить, а то тут стреляли». Я захожу в дом. Как раз дождь, ливень. Смотрю: потолок осыпался.

У меня шок, стресс и нервы – и потому пропало грудное молоко

Как вчера начали стрелять – дочка встала, к нам с прибежала. Заплакала. И младшая проснулась. Эту Наташа взяла на руки, а я взял Ксюшу. Ксюша уснула. Думаю, назад её нести не буду уже, а то стреляют. Положил на диване. Маленькая на руках всю ночь. И до утра вот с ней. Не спит. Плачет.

На огороде практически мы не бываем, потому что здесь страшновато. Одного человека убило, картошку садил. Теперь мы побаиваемся сюда заходить. Бывает, выйдешь, у нас в начале лук растёт. И начинаются единичные выстрелы. И мы быстренько заходим. Тут с террикона всё на ладони. Выпущу поросят, попас, загнал их, и всё.

Наталья:

– У меня четверо деток, четыре девочки. Дети боятся. Так и живем. Это просто не передать. Особенно когда я попала в роддом, и начались здесь обстрелы, то я думала: молоко пропадет. Я им через каждые две минуты звонила, узнавала, как они, что они.   

Не хватает питания детского – я грудью не кормлю, питания не хватает. А 60 гривен одна пачечка «Малыша» стоит. А их то чем-то кормить надо. У мужа сейчас работы нету. Дома. Может подшабашить где-то, и всё. Я получаю детские пособия.

Я перепсиховала, когда маленькой было две недели и как раз обстрел. Нет ни подвала, ничего. Я бегаю из комнаты в комнату с ней. И она кричит, и я плачу с ней. И наутро не было молока. У меня шок, стресс и нервы. Очень серьёзно. И дети, в первую очередь они боятся. И они мне нагоняют больше страха, и я паникую, мне кажется, больше, чем они.

Я не так за себя, как за детей боюсь. Три годика средней. И она больше всех боится.

Маму парализовало. Это год назад, 5 мая 2015 года. Может, стресс или что-то ещё. У неё сначала речь отнялась. Я говорю: Ма, в чем дело? Я её провела домой к себе. На утро мне звонит ее сестра, то есть моя тетя, и говорит, что она слегла полностью. Приходи, говорит, будешь помогать мне кормить, она не встаёт. И после этого она не разговаривает. Бекает, мекает, по-своему. Кормим ее, одеваем-переодеваем памперсы.

Пока войны не было, работа была. Я бы могла помочь чем-то – морально и деньгами. А так сейчас большинство денег уходит на детей. Матери от силы могу 300 гривен дать или так скупиться: кефира, ряженку, молоко, она этоы любит.

Надеемся на лучшее, потому что всю жизнь не может такое продолжаться. Чтобы работа была, дети нормально учились, не боялись. Закончился этот страшный суд, как говорится.

Марьинка 2016 Видео Истории мирных женщины мужчины пенсионеры дети психологические травмы обстрелы безопасность и жизнеобеспечение здоровье малообеспеченные
Помогите нам. Поделитесь этой историей
img
Присоединяйтесь к проекту
Каждая история имеет значение. Поделитесь своей
Рассказать историю
Ко всем историям