Истории, которые вы нам доверили

1 2
меню
{( row.text )}
{( row.tag )}
header-logo

Истории, которые вы нам доверили

1 2
Ко всем историям
просмотров: 247
Раиса Степановна Колесникова
возраст: 69
photo0
photo1
photo2
photo3
photo4
«Мы не успевали хоронить»

Первый снаряд упал за домом. Сын чудом уцелел. Были сильные обстрелы в 2014-2015 годах. Домашние животные погибли, дом частично разрушен. Старший сын умер, потому что не было возможности вывезти его в Донецк на лечение. Война унесла многих, кто жил рядом

Напуганы сейчас люди, особенно старики. Они говорят, что даже в войну такого не видели, когда спишь ночью и не знаешь, куда бежать.

Наше село Гранитное нам очень нравилось. Очень было хорошо, была работа. Дружные, спокойные люди жили. Многие приезжали, им тоже очень нравилось здесь. Сейчас многие уехали. После начала войны было очень тяжело, а потом мы привыкли.

2014 год с осени как начался – сразу побитые были окна и крыша, и забора не было уже. Начинают обстрел – мы и в подвал бегали. Но в основном в доме сидели. Ищешь безопасный угол. Плёнкой были забиты все окна. И зимой так было, всё кругом разбито, раскрыто. Крыши у всех текли. У всех ни стёкол, ничего. Вот, пройти по улице можно, посмотреть. Некоторые немножко восстановили, а некоторые ещё нет, так всё и стоит. 

Мы не успевали хоронить

Первый раз упал снаряд за домом. Стоял сын на углу дома, и его мы позвали. И только он зашёл во двор – два больших снаряда упали. Его бы не было в живых как пить дать.

А потом падали вокруг дома сколько снарядов! Весь скот у нас поубивали. Такие тёлки большие были... Побило всё. Дом весь – ни окон не было, ни крыши. Всё поотлетало. Ни забора нового нет, ничего.  А кто будет восстанавливать? Неизвестно. 

Я даже передать не могу, что было. Это было неожиданно как-то, начали нас бить. Тяжело… Больше страху было за детей, за внуков, не за себя, конечно. Вот соседа убило.

Напуганы сейчас люди, особенно старики. Они говорят, что даже в войну такого не видели, когда спишь ночью и не знаешь, куда бежать. Бывало, вставали ночью и вокруг всё горело. И в ночь тушили. И в подвал бежали среди ночи.

Мы уходили из дому в центр, потому что тут вообще невозможно было находиться. А как-то возвращаемся домой, смотрим: ни окон, ни стёкол, ничего. Всё побито, всё раскрыто. А зима. Под плёнкой года два сидели. Топили улицу – окна же разбиты. Крыша разбитая, текла, все потолки в пятнах. 

Мы не успевали хоронить

Убило мою невестку, жену брата. Невестка вышла воды набрать. Света у нас не было и потому воды не было во дворе. До этого был обстрел и вроде как утихло все. И прилетел снаряд прямо возле неё – и её разорвало. До этого они перешли жить ближе к центру, к сыну. Ушли отсюда, потому что сильно тут били. И там, у сына убило её. 

Остался сын с двумя детками без жены. Сейчас он не работает, вот как не работать ему с двумя детками?  Он ходит, бедный, по шабашкам, чтоб заработать, чтобы детей накормить.

Мужа племянницы застрелили. Ехал он отсюда в Тельманово вечером, вёз матери молоко… Осталось двое крохотных детей, меньшей девочке три месяца тогда было. Сейчас ей пять лет, и она не знает отца. 

У племянника тёщу убило просто во дворе. Женщина хозяйство кормила утром, и всё. Как можно это вытерпеть?

Когда у нас болел сын, мы не могли его никуда повезти. Нельзя было выехать. Ему надо было в Донецк, он там лечился. Но не смог выехать. Мы сына похоронили.

Где-то с полгода мы не получали ни пенсию, ни зарплату, ничего. Это хорошо, что мы смогли выжить, а как выжили пенсионеры, никто не знает. У нас было за что, а у людей не было. Было больно смотреть, когда приходили старики в сельский совет и просили. Это что такое? 

Мы даже сейчас, как на пороховой бочке. Сегодня начали стрелять в четыре утра, до пяти били. Мы не знаем, откуда. Мимо летели снаряды, свистели. Я не знаю, с какой стороны и куда били.

Старались они перебивать свет. Ветер, холодно, а они лупят по столбам. Свет потом несколько дней делают, а вечером снова взяли и разбили его. Как сидеть без света, если у нас всё под электричество? Как только свет давали, мужская работа была – намолоть зерно, а женщины то стирали, то воду качали. 

В магазинах всё было, но у людей не было денег. Потерявшие работу выживали за счёт пенсии родителей. Молодежь в итоге вся выехала. Столько домов пустых! Они не хотят возвращаться, пока не будет работы, а работы нет. На кого надеяться? Горе, разруха.

Мы не успевали хоронить, это был ужас. У нас на улице погибло четыре человека.

Снаряд упал, была яма в человеческий рост. Это был 2015 год. Был сильный обстрел, мы в подвал спустились. Когда вышли, увидели скот убитый. Осколками все побито было. Они и сейчас иногда попадаются в огороде.

Мы не успевали хоронить

Мы о чем мечтаем? Мы мечтаем, чтобы был мир, чтобы была работа, чтобы наши люди вернулись. Чтобы было так, как раньше. Мы об этом и мечтаем. О чем ещё можно мечтать? Чтобы дети вернулись все домой.

Чтобы наша улица была полна людьми, как всегда. Чтобы не было таких разбитых домов. Чтобы людям помогли восстановить жилье, потому что у них не за что. Вот, стоит напротив дом полностью разбитый. А кто будет восстанавливать? Девчата, которые приедут? Мужчины нет в доме.  

Мы не успевали хоронить

Я 51-го года рождения, мне 68 лет. Мы получаем пенсию. Хозяйство держим. Сын с хозяйством помогает и подрабатывает, когда есть возможность. Работал до войны всё время, но всё позакрывали, карьеры остановились. Работы тут никакой. Так и живём. 

slide1
slide2
slide3
slide4
slide5
slide6
Помогите нам. Поделитесь этой историей
img
Присоединяйтесь к проекту
Каждая история имеет значение. Поделитесь своей
Рассказать историю
Ко всем историям