Я уже 20 лет живу в поселке Новолуганское. Мы жили здесь и когда началась война. У нас с мужем трое детей. Старшей 15, младшему 5, среднему 13. Раньше всегда чего-то не хватало, казалось, что мы скучно живём, что нет каких-то ярких эмоций. А теперь хочется спокойствия и тишины. Уже ничего не хочется, только тишины и спокойствия.
Мы сидели во дворе и слышали, как самолёт летел. Далеко, но слышно было хорошо. Страшно было, конечно. Поняли, что на нас что-то надвигается. Во всех смыслах.
Мы живем в своём доме. Хотя было такое время, что не было воды или света. Были такие ночи, что не было и газа. Но Бог с ним. А когда было пять блокпостов, час езды до Бахмута... Сейчас спокойно почти, но иногда бывает что-то такое. Но пять блокпостов, очень много людей и проверки. Это было ужасно. Уже 8 год мы просто забыли, что такое безопасность. Чувствуем себя как в мышеловке. Мы даже людьми себя перестали чувствовать.
Все эти годы я мечтаю, чтобы мои дети быстрее отсюда уехали. Старшая поступила, уехала. Но за младших материнское сердце не на месте после того, как прилетело непосредственно в наш дом. Дом пострадал, зал полностью. Дети тогда находились в соседней комнате. Мы тоже были рядом. Все живы остались, Слава Богу, здоровы. Материально – Бог с ним, восстановили. Жили мы полгода, коврами завешивали. Дырка сквозная была, забили её там.
Приходилось сидеть в подвале и не раз и не два. Там же печку-буржуйку мы сделали, кровати у нас там стоят, такие железные. Когда спали всем хватило места, а мне [достался] ящик на капусте. Всё равно, где спишь. Дом был разрушен, сквозняк гулял. Было всё равно материально. Но самое главное, что все были живы. Поэтому наша жизнь изменилась, понятно, что не в хорошую сторону. Было жутко, конечно. Этот год, наверное, один из страшных. 18 декабря 2017 года. На Святого Николая это было.
Если бы не было войны, давно всё доделали, достроили. Нам ничего не надо сейчас, только тишину.
[Гуманитарная помощь] была поддержкой, что нас не забыли. Когда ее давали, мы чувствовали какую-то поддержку. Даже психологически это было очень важно. Конечно, это всё безумно дорого... Фонд Рината Ахметова действительно помогал каждый месяц.
Сейчас мы живем вне времени, просто существуем, а не живем. Я хожу на работу, муж. Но мы не живём, у нас эти годы вычеркнуты из жизни. Больше всего мечтаю о мире. Только о мире и здоровье для каждой семьи, о благополучии.
При цитировании истории ссылка на первоисточник — Музей "Голоса мирных" Фонда Рината Ахметова — является обязательной в виде:
Музей "Голоса мирных" Фонда Рината Ахметова https://civilvoicesmuseum.org/