Из состояния шока не выхожу еще с 2014 года. По образованию я врач. Семьи у меня нет. Мама пострадала в Донецке в результате обстрела, а я получил контузию. Она упала в подвал, а я спуститься не успел. Мама сломала шейку бедра. А там - ни больниц, ничего. Похоронили там абы как. А я три месяца на четвереньках до туалета добирался. Помощи медицинской не было.
Потом переехал в Мариуполь, где прописан. Началась полномасштабная война. 24 февраля первая же ракета прилетела в мою девятиэтажку. Всего их штук десять прилетело, весь поселок разровняло.
Я как раз накануне поехал к брату на другой конец города. Утром возвращался, и уже военные на левом берегу меня не пустили. Там шли обстрелы. Позвонил соседке, она сказала: «Коля, можешь домой на спешить. Дома больше нет». Ни документов, ни денег, ничего нельзя было забрать. Только паспорт и права с собой были. Мы со знакомой поехали на автовокзал, взяли частника и поехали в Бахмут. А потом и в Бахмуте началось.
Сейчас уже нахожусь в Днепре. То есть в Донецке дом потерял, в Мариуполе – квартиру и машину.
Гуманитарку дают. Но я же не готовлю. Это посуда нужна, чтобы сварить. Я такой, что могу и консервы открыть. Вот консервы если дадут, это хорошо.
Хотелось бы, чтобы война поскорее закончилась. Ну сколько можно?
При цитировании истории ссылка на первоисточник — Музей "Голоса мирных" Фонда Рината Ахметова — является обязательной в виде:
Музей "Голоса мирных" Фонда Рината Ахметова https://civilvoicesmuseum.org/